Стиль жизни * Колонка : Как приручить дракона

Фото: Никита Хнюнин

Как приручить дракона

Наш автор Саша Шабалинская, мама двухлетней Хлои рассказала «Снегу» о том, как ее милая послушная малышка неожиданно для родителей превратилась в неуправляемого всевластного дракона. Кто кого в итоге приручал, читайте в нашей новой колонке.  

«Надо поостеречься, чтобы не путать "хороший" с "удобным". Плачет мало, не будит ночью, доверчивый, послушный – хороший. Капризный, кричит без видимого повода, мать света из-за него не видит – плохой». Януш Корчак «Как любить ребенка».

Все началось, пожалуй, с отказа от еды. Моя чудесная дочь, которая, вообще-то, любит кушать все, внезапно объявила голодовку.

– «Хлоя, кушай котлетку!». –  «Я не хочу какету». – «Ну тогда овощи». – «Я не буду овощи!».  – «Может, тебе сварить макароны?». – «Да, сва’и макаоны!». Через 20 минут, гневно завывая: «Я не хотела макаоны, я хотела к'асный суууууп!».

В моем холодильнике теряли всякий смысл к существованию, а затем и приемлемый запах целые кастрюли, сковородки и контейнеры еды. Дочь полностью перешла на несложную пищу, которую могла приготовить сама (с моей минимальной помощью): яичницы, жареные овощи и выпечку. Ну что ж, сказала я себе, это просто период.

Затем началась чудная эпоха бесконечных споров в духе «Нет – Дат!». «Хлоя, пойдем в детский сад?» – «Не пойду не в детский не сад!». «Не трогай меня! Не целуй! Не обнимай! Не буууудуууу!». Мой нос уже почуял запах жареного, но мозг по-прежнему отказывался признать очевидное. Истина открылась мне уже в следующем, туалетно-драматическом акте этой пьесы. Дочь, ходившая на горшок уже давно и стабильно, вдруг решила, что пора это дело прекращать. Бесконечные напоминания о необходимости походов в туалет не только не наставляли ее на путь истинный, а только больше подзадоривали. После очередного замечания она гордо выходила в центр комнаты и, вызывающе глядя на беспокойных родителей, гордо писала в колготки, стягивала штаны и спокойно шла дальше по своим важным двухлетним делам.

Кроме того, к ставшим уже привычными протестам против одевания, гуляния, причесывания и прочих придуманных родителями пыток добавилась прелестная изюминка: вместо категоричного «нет» Хлоя просто ложилась на пол и начинала вопить. Громко. Без каких-либо пояснений.

Бежать от правды уже не представлялось возможным, и я обреченно набрала в гугле «кризис трех лет». С ужасом скользя взглядом по строчкам «Негативизм,  упрямство, строптивость, своеволие, протест-бунт, обесценивание, деспотизм», я в каждом слове узнавала свою двухлетнюю дочь. Мы, как любые в меру продвинутые родители, морально готовились к этому моменту, но оказались совсем не готовы к тому, что он наступит почти за год до «запланированного». «Ну, все, это война», – устало сообщила утомленная мать изнеможенному отцу.

Наиболее остро, разумеется, встали проблемы отхода ко сну и туалета. Мы оставались без сил после трех часов уговоров, чтений сказок, питья воды, криков и прыжков по кровати, погонь по квартире и укачиваний девочки общим весом в ¼ мамы.

Испробовав уговоры, приказы и попытки подкупить маленькую бунтарку, мы поняли, что нам требуется кардинальная смена стратегии, пока все в этом доме еще окончательно не сошли с ума.

В конце концов, в чем проблема? Вытереть пол не так сложно, и ежедневную стирку детского белья мы тоже можем пережить. Рассудив таким образом, мы позволили Хлое поступать в этом вопросе, как ей угодно. Приговаривая под нос «Вообще-то это не очень хорошо, но ничего страшного, я все уберу», я смиренно вытирала лужи и больше не возвращалась к этой теме.  Единственным, чем мы пытались посодействовать дочери в принятии правильного решения, был горшок, постоянно находившийся в поле ее зрения. Градус напряжения в доме удивительным образом уменьшился сам собой. Оказалось, что, перестав переживать, мы перестали переживать. Это нас порядком удивило.

С едой мы поступили также. Я терпеливо готовила вкусное и разнообразное четырехразовое питание, ставила его на стол, мы с мужем принимались за еду, а Хлоя маневрировала рядом. Иногда замечая, что мы смотрим, как она поедает тайком утащенный со стола кусок картошки, крошка-енот объявляла: «Я не буду больше есть. НИКОГДА!» и гордо возвращала жеваную еду на тарелку. «Никогда» вообще стало нашим постоянным спутником, прилагаясь бонусом к «не буду спать» и «не пойду в садик». Со временем дочь начала усаживаться за семейный стол, не замечая наших счастливых переглядываний.

Последовательность – вот что помогло нам сохранить рассудок. Каждый раз перед тем, как запретить или, напротив, настоять на чем-то, я задумывалась: «А настолько ли это необходимо?».

Если можно пойти на уступки, то нужно идти на них сразу, избегая изнурительных дискуссий. Если никаких возражений допустить нельзя – твердо стоять на своем, при этом объясняя принятое решение. Самыми популярными фразами в семье стали «Мне не нравится, как ты себя ведешь, но я все равно тебя люблю» и «Мне жаль, что тебя это расстраивает, и я готова тебя пожалеть, но нельзя/надо». Довольно быстро Хлоя поняла, что спорить бесполезно, и получасовые скандалы сократились до профилактических двухминутных похныкиваний.  Конечно, нам было тяжело. Иногда чертовски хотелось заорать «Нет, потому что я так сказала!», «Сиди ровно и ешь!» и другие произведения из классического воспитательного репертуара, но мы старались изо всех сил. Сейчас я понимаю, что это моральное усилие само по себе оказалось очень ценным.

Кризис трех лет – очень важный и сложный барьер в жизни ребенка. Малыш, ощущавший себя частью родителей, внезапно обнаруживает в себе отдельную личность, у которой есть свои желания, потребности и воля. После долгих раздумий и наблюдения за дочерью я поняла, что должна дать ей возможность  проявлять себя, показать, что я уважаю ее желания. Должна позволить ей свободно играть во ржи, карауля на краю обрыва, чтобы подхватить ее, если она оступится.

Бывали моменты, когда я начинала сомневаться в себе. А что, если я все делаю неправильно? Но однажды на зимних каникулах, играя в детской комнате отеля, Хлоя подбежала ко мне: «Мама, я хочу в туалет!». Я подхватила ее на руки и сама усадила на горшок. Казалось бы, такой тривиальный момент, но мне хотелось плакать от радости. Но я не заплакала. Я улыбнулась, поцеловала и сказала: «Ты такая молодец. Я тобой горжусь».

Конечно, это не был полный и мгновенный хэппи-энд. Выход из кризиса был таким же плавным, как и вход. Этот период стал для нас временем самых чудесных открытий. Я показала Хлое, что она личность, а она смогла увидеть, что и я тоже личность. «Мама, тебе нужно поработать? Ты пиши, а я поиграю в лего». Увидев, что я люблю ее, несмотря ни на что, Хлоя открыла для себя совсем новый вид любви, не автоматическую нежность к прародительнице, а осознанное и глубокое чувство, которое она не стесняется демонстрировать пять тысяч раз в минуту. «Мама, я по тебе скучала в садике. Я тебя ТАК люблю! Сладко-сладко…». В ответ на внимательную заботу о дочери я получила неподдельный интерес к себе: «Мама, ты замерзла? Давай я подышу тебе на нос!». В свою очередь, для нас с мужем эта встряска стала отличным шансом немного подготовиться к тем дням, когда она приведет парня, который «совсем ей не подходит», выберет «не ту» профессию и будет растить своих детей способом, который нам совсем не понравится.

Спустя два года и пять месяцев наши отношения вышли на новый уровень, и теперь мы не просто папа, мама и дочь, но и лучшие друзья, которые могут вместе принимать решения,  обсуждать проведенный вместе день, посмотренный мультик или даже увиденные за ночь сны. Пройдя через кризис, дочь стала уверенней в себе, я обрела невиданное доселе спокойствие и гармонию, а муж определенно стал лучше понимать обеих своих женщин. 

Похожие: