Стиль жизни * Колонка : Билет на балет

Фото: Наталья Еремеева

Билет на балет

Рассказывать об успехе легко. Показывать медали очень приятно. А вот поделиться историей, в которой всё пошло не по плану – бесценно. Валя Яскина, художник, иллюстратор детских книг, дважды мама рассказывает «Снегу» о  том, как её изящная, хрупкая, невероятно красивая старшая дочь Алёна не поступила в Новосибирский хореографический колледж.

Три года назад, в нашу школу, в числе многих, приезжали из хореографического колледжа отбирать детей, потенциально пригодных к балету. Алёну и ещё нескольких ребят из класса пригласили на ознакомительный концерт и более тщательный осмотр данных. Мы съездили, всё понравилось, но Алена не прошла отбор… Было неприятно, но мы быстро успокоили дочь: мол, всё это трудно, интересных профессий миллион и вообще, видать, не судьба.  

Весь следующий год дочь ходила на обыкновенные современные танцы – репетиции, разучивание номеров, подготовка к конкурсам. И однажды вечером, Алёна сказала: я так устала на занятиях, но вот лежу и думаю, скорее бы завтра, скорее бы на танцы! Всё это были приметы одной большой зарождающейся любви…

Случайность ли, но вскоре мы попали на экскурсию по закулисью Оперного театра. И тут среди декораций и софитов явилось чудо… Маленькая балеринка на пуантах репетировала за кулисами, это была ученица колледжа, исполняющая роль Маши в Щелкунчике. Она была прекрасна! По дороге домой дочь спросила меня, как бы между прочим, а нельзя ли ещё раз попробовать – ещё раз приехать в колледж на отбор. Моё сердце застучало сильнее, ведь однажды нам уже отказали. Но тут инициатива шла от ребёнка… В общем, я согласилась.

В тот день на просмотре с нами было ещё трое детей: Алёну и одного мальчика взяли и пригласили… ещё на один просмотр, но уже в сентябре. Всё лето дочь на моё удивление держала в голове предстоящую встречу, переживала, работала над растяжкой, как могла.

Придя в сентябре, мы были поражены количеством человек, которые ожидали просмотра. Яблоку негде было упасть! Девочек увели в зал, родители остались ждать в холле. И тут началось…

Обратно их приводили партиями, одну за другой. Расстроенные мамы расспрашивали педагога, почему ребёнок не годен? С каждой отбракованной девочкой, прошедшей мимо меня, вера в то, что Алёну возьмут, таяла. Девчонки были все примерно одинаковые по комплекции и вообще, они все мне казались красавицами... В ожидании в коридоре, почти в отчаянии, как там она, я прождала три часа. И вот в последней троице выходит моя Алёна. Счастливая до невозможности! Взяли! Взяли в студию при хореографическом колледже.

Начались занятия: три раза в неделю по два с половиной часа, репетиции по выходным и танцевальный лагерь на каждых каникулах. Классика, джаз, характерный танец – главные дисциплины. Фактически, это была вторая школа, но местами строже. Здесь всё по регламенту:  белые балетки, чёрные джазовки, туфли, пуанты, на голове безупречная «шишечка», на каждый предмет – своя форма, никаких украшений, никакого лака для ногтей. 

Признаюсь, мысль о том, что мне придётся так часто ездить из Академгородка в Центр, убивала меня. Но постепенно мы втянулись. Возили с мужем по очереди. А неподалёку от колледжа нашли маленькое кафе с хорошим интернетом. Можно было спокойно работать, пока ребёнок занимается. Хотя покупали там почти всегда только чай с пирожком. Персонал уже узнавал нас и был исключительно любезен. Чаем, конечно, сыт не будешь, поэтому с собой всегда брали провизию, потому что уезжали на полдня. Сначала брали горячую еду из дома в специальном контейнере-термосе, потом ограничились яблоками, кефиром и бутербродами. По возвращению,  Алёна только до кровати могла доползти, ну, а мы, уже как люди, ужинали дома.

Алёна с пяти лет ходила в танцевальные кружки и почти везде педагоги кричали на детей: иногда по-доброму, иногда просто потому, что так проще. На выступлениях костюмы поярче, боевой макияж, блеск, оглушительная музыка помоднее и не всегда детская. Мы много перепробовали и нам есть с чем сравнить. Так вот балетная студия при хореографическом колледже, на мой взгляд, отличная прививка хорошего вкуса.

Черно-белая форма – чтобы ничего не отвлекало от пластики движений и красоты тела. Безукоризненный внешний вид – дисциплинирует и поддерживает рабочее настроение. Занятия проходят под аккомпанемент рояля – это просто роскошь. Во всём – стиль и благородство. Учительница, настоящая балерина, никогда не повышает голоса, при этом дети не отводят от неё глаз.    

На уроках дети максимально выжимают из себя всё, на что они способны, потому что знают ответ на вопрос «Зачем?». Видимо, в этом и есть секрет внимания и работоспособности – у детей есть мотив. Не потому, что мама привела или подружка ходит. Тут дети хотят поступить в хореографический колледж! Выпускной класс в нашей студии был финишной чертой для одних и стартовой для других. Просто побалдеть сюда не ходил никто. Хотя дети есть дети – веселиться они умеют.  Очень правильно написано на сайте студии, какие дети годятся в балет: непоседливые, неуёмные, «шило в попе». Моя дочь именно такая, поэтому ей было комфортно от повышенной нагрузки.

Прошел учебный год, было несколько концертов и открытых уроков. Все потрясающе выросли за это время в танцевальном плане. Вступительные экзамены приближались,  девчонки планировали кто с кем будет жить в общежитии, кому что купят после поступления…  Некоторым особо одаренным и подготовленным  девочкам рекомендовали поступать в Московскую Академию Хореографии или в Академию Русского Балета в Питере.

Мы не поступили. И это было настоящее испытание для ребенка. Я видела глаза человека, у которого только что разбилась мечта. Алёне было очень тяжело, при том, что мы, как говорится, «вошли и вышли». А ведь там были девочки, которые ходили в студию с трёх лет! Родители возили их из отдаленных районов на машине и без. Работали по очереди и по очереди сидели с младшими детьми. Но дети не поступили. Горе, настоящее горе. 

Не спешите осуждать родителей, которые уперлись и как одержимые «тащут» своих бедненьких детей в балет. Дети, которые занимаются балетом и собираются поступать, точно знают,  чего хотят.  Эти дети сами не желают знать других планов на будущее. Многие занимаются музыкой, рисуют, Алёна английским занимается с 4-х лет. Но это всё второстепенно для них. Это те, которым, что называется, «припёрло» в балет. Занимаясь углубленно и погружаясь в тему, они всё больше влюбляются, и вырвать их оттуда, можно только с мясом.

Самая распространенная байка о балетном мире, что там человек человеку волк. За весь балетный мир не скажу, но вот дети…  Они ведь уже там друг другу конкурентки. Мест всего 15, и всех не возьмут в любом случае, даже если набор будет только из этой студии, они это понимают. Но девочки изначально себя вели друг с другом, как если бы точно знали, что им потом жить под одной крышей. Хотя были там и много лет ходившие вместе в студию и новенькие.  Алёна туда стремилась всей душой, постоянно уговаривая в этот раз выехать пораньше, чтобы успеть пообщаться.

С того дня как мы начали ходить в студию, я регулярно слышала критику в свой адрес. Каждый второй считал своим долгом высказать неодобрение по этому вопросу. Главный аргумент –  «не все примами станут». Или ещё про стекла в пуантах вспоминают. Или про то, что в балете пенсия в 36 лет…

Я за то, чтобы человек занимался любимым делом - тем, что он может делать бесконечно. Кроме того, большинство людей  не знают, что хореографическое образование – это не только танцовщик, но и хореограф, постановщик сценического  движения, искусствовед...  В хореографических учебных заведениях в обязательном порядке есть музыкальное образование. И кто-то после колледжа доучивается не в академии хореографии, а в консерватории. Ну, а то, что трудно – так любое дело, когда делаешь его хорошо и стремишься к росту, требует всех сил, о чём бы ни шла речь.    

Не знаю, будет ли судьба моей дочки связана с танцами или она выберет что-то другое, желаю ей одного - чтобы она никогда не жалела о сделанном выборе. И всегда ощущала, что идёт правильной для неё дорогой. 

Похожие: